1. 1 Иоанна. Вступлени — Вернон Макги - По страницам Библии

Здравствуйте, дорогие друзья. В нашей сегодняшней лекции мы приступим к изучению еще одного замечательного новозаветного произведения — 1-го Послания Иоанна. Некоторые богословы считают, что Послания апостола Иоанна были последними из написанных книг Библии. Мы можем не соглашаться с этим утверждением, но совершенно определенно можно сказать, что все три Послания Иоанна являлись последними произведениями апостола.

Эти три произведения называются посланиями, однако, нельзя не заметить, что самое первое из них, которое нам с вами предстоит начать изучать сегодня, совершенно не обладает присущими посланиям стилем или формой. Так, например, в его начале нет приветствия, а в самом конце мы не найдем прощальных слов. По стилю это произведение гораздо больше соответствует жанру проповеди. Оно обладает всеми признаками проповеди, произносимой искренним и верным пастором, который проявляет любовь и заботу об определенной группе верующих. Мы знаем, что апостол Иоанн нес свое пасторское служение в церкви в городе Ефесе. Эта церковь, как мы помним, была в свое время основана другим апостолом — апостолом Павлом.

Надо сказать, что на протяжении многих лет богословы считали, что сначала Иоанн написал свое Евангелие, затем были написаны его Послания, и, наконец, самой последней, непосредственно перед смертью апостола, была написана книга Откровения. Однако в последние годы многие исследователи начали склоняться к мнению, что апостол Иоанн писал последними именно свои Послания. В этом случае можно заключить, что свое первое Послание Иоанн написал уже после своего заключения на острове Патмос. Данное предположение позволяет датировать время написания этого произведения приблизительно сотым годом новой эры. Известно, что апостол Иоанн умер в Ефесе и был погребен там, а в пятом веке на месте его могилы императором Юстинианом была построена Базилика святого Иоанна.

Для того чтобы понять 1-ое Послание Иоанна мы должны знать кое-что о городе Ефесе, каким он был в самом начале второго столетия. Этот город был во многом похож на современные города, в которых живем мы с вами. Чтобы пояснить свою мысль я расскажу вам о нескольких важных особенностях, которые характеризовали Ефес, да и весь остальной мир римской империи того времени.

Во-первых, среди тех верующих имело место излишне легкое знакомство с христианством. Многие верующие этого города были детьми и внуками первых христиан. Поэтому свежесть и яркое сияние христианской веры постепенно утратило былой блеск: новизна была утрачена, а восторг и слава увяли.

Я без труда представляю себе, как удивительно было бы оказаться в Малой Азии в то самое время, когда в Ефесе появился апостол Павел, бросивший вызов знаменитой ефесской богине Артемиде. Весь этот город был поднят на ноги и охвачен волнениями.

В 19-ой главе книги Деяний мы читаем о тех результатах, которые учение апостола Павла оказало на Ефесскую синагогу, а также влияние его ежедневных занятий в школе Тиранна в течение целых двух лет. Любовь тех верующих ко Христу, а также их рвение в те дни было бы трудно сравнить с чем-то в наше время. Однако прошло некоторое время и все изменилось. Когда апостол Иоанн находился на острове Патмос, Сам Господь Иисус явился ему, произнеся обличительные слова, адресованные ефесским верующим. Мы читаем это в 4-ом стихе 2-ой главы книги Откровения: "…Но имею против тебя то, что ты оставил первую любовь твою…".

Произошло именно то, о чем Господь Иисус предостерегал задолго до этих событий, как мы читаем в 12-ом стихе 24-ой главы Евангелия от Матфея: "… и, по причине умножения беззакония, во многих охладеет любовь…". Посвященность и приверженность ефесских верующих Иисусу Христу постепенно шла на убыль и, в конце концов, совершенно угасла.

Это была первая черта, отличавшая положение ефесских христиан. Вторая особенность состояла в том, что высокие стандарты христианства делали это учение отличным от других, однако дети и внуки этих первых христиан не желали отличаться от окружающих. В то время верующих называли греческим словом "ха-гИ-ос", "святые". Главное значение этого слова — это "отделенный или обособленный для исключительного божьего использования", иными словами, "собственность Бога". Я уже говорил, что в Ветхом Завете "священными" или "святыми" называли горшки и кастрюли в израильском храме. Хотя на вид всю эту старую посуду было трудно назвать священной, она была таковой, потому что предназначалась для божьего использования. Точно так же святым был Израильский Храм и святой была суббота. Христиане также были предназначены для того, чтобы стать святыми, то есть, отличными от других, обособленными для Божьего использования.

Однако ефесские верующие не желали этой обособленности. Они были, если можно так выразиться, "пластилиновыми" христианами. Они были отлиты по другой форме, нежели те ученики Иисуса, о которых Господь сказал: "Если бы вы были от мира, то мир любил бы свое; а как вы не от мира, но Я избрал вас от мира, потому ненавидит вас мир". Эти строки мы находим в 19-ом стихе 15-ой главы Евангелия от Иоанна. Также в Своей первосвященнической молитве Небесному Отцу Господь Иисус произнес такие слова, которые мы встречаем в 14-ом стихе 17-ой главы Евангелия от Иоанна: "Я передал им слово Твое; и мир возненавидел их, потому что они не от мира, как и Я не от мира". Но со временем все изменилось, и наступила эпоха упадка иудейско-христианской этики, а также пренебрежения библейскими стандартами.

Это были те силы, которые подтачивали здание церкви изнутри. Вообще внешние гонения не являлись врагом христианства. Опасность для ефесской церкви таилась не в гонениях извне, но в обольщении внутри самой церкви. Сам Господь Иисус предостерегал об этом, говоря, как мы читаем в 24-ом стихе 24-ой главы Евангелия от Матфея: "Ибо восстанут лжехристы и лжепророки, и дадут великие знамения и чудеса, чтобы прельстить, если возможно, и избранных". Апостол Павел также говорил руководителям церкви в Ефесе:

"Ибо я знаю, что, по отшествии моем, войдут к вам лютые волки, не щадящие стада; и из вас самих восстанут люди, которые будут говорить превратно, дабы увлечь учеников за собою". Мы находим эти предостережения в конце 20-ой главы книги Деяний апостолов.

Христианство стояло перед лицом опасности: но не опасности уничтожения, а перед лицом опасности изменения. Дело в том, что в то время предпринимались попытки улучшить и усовершенствовать христианство, придать ему интеллектуальную респектабельность и позволить заговорить на языке популярной философии.

Истинным врагом христианства был гностицизм, являвшийся основной философией римской империи. Причем самое поразительное в том, друзья мои, что это учение по-прежнему остается нашим главным врагом.

Эта ересь начала проникать в церкви после смерти апостола Павла, приблизительно в 67-ом году новой эры. Гностицизм был противоположностью агностицизма. Агностики утверждали, что реальность Бога неизвестна и непостижима. Агностики говорили, что они не знают ничего. А гностики, наоборот, заявляли, что они знают все. Гностики утверждали, что они обладают высшим знанием, которого лишены простые христиане. Они считали себя особо святыми верующими, которые знают больше всех остальных.

Гностицизм принимал множество самых разных форм. Однако во всей этой философии всегда прослеживался один главенствующий принцип: все материальное и вещественное является по своей сути нечестивым, тогда как дух является добром. Иными словами, весь материальный мир считался злом, поэтому гностики презирали плоть. Однако они считали, что в плоти обитает дух, точно так же как растущее зерно спрятано в грязной земле. Тот же самый принцип царит в учении современного либерализма, который утверждает, что искра добра есть в каждом, и что каждый человек должен развивать в себе эту искру. Гностики пытались заставить это "зерно", этот дух внутри человека, расти. И для этого они всеми способами пытались избавиться от зла плоти.

Два крайних и противоположных метода достижения этой цели предстают нам на примере двух философских школ — школы стоиков и школы эпикурейцев. Встреча апостола Павла с этими двумя сектами описывается в 18-ом стихе 17-ой главы книги Деяний апостолов: "Некоторые из эпикурейских и стоических философов стали спорить с ним; и одни говорили: "что хочет сказать этот суеслов?", а другие: "кажется, он проповедует о чужих божествах", потому что он благовествовал им Иисуса и воскресение".

Стоики были последователями философа Зенона, а название их школы произошло от названия "расписной стОи", как по-гречески назывался покрытый фресками портик, где Зенон читал свои лекции. По своим убеждениям стоики являлись пантеистами. Также они считали, что мудрец должен быть свободен от всех страстей — равно невозмутим как перед лицом радостей, так и в виду скорбей. А также он должен быть покорен естественным законам. Стоики соблюдали жесткие и суровые правила, а также практиковали бескомпромиссную самодисциплину.

Эпикурейцы получили свое название по имени философа Эпикура, который жил и учил в Афинах. Эпикурейцы верили в греческих богов, живших на Олимпе.

Они считали главной целью и ценностью жизни не истину, а удовольствия. Изначально они стремились к обретению интеллектуального, а не чувственного удовлетворения, однако впоследствии эти философы начали учить своих последователей стремиться к удовлетворению именно своих плотских желаний, чтобы эти желания более не беспокоили их.

Кроме этих крайних учений — стоицизма и эпикурейства — существовало также целое множество всевозможных промежуточных течений. Однако у всех у них было нечто общее — они все отрицали мессианское положение Иисуса. Я полагаю, что именно их имел в виду апостол Иоанн, когда написал в 22-ом стихе 2-ой главы своего 1-го Послания: "Кто лжец, если не тот, кто отвергает, что Иисус есть Христос? Это антихрист, отвергающий Отца и Сына".

Эти философы отрицали идею земного воплощения Христа, обосновывая это тем, что Бог не мог облечься в человеческую плоть, потому что любая плоть греховна и нечестива. Я думаю, что по этой самой причине Иоанн твердо заявляет в 14-ом стихе 1-ой главы своего Евангелия: "И Слово стало плотию, и обитало с нами, полное благодати и истины; и мы видели славу Его, славу, как Единородного от Отца".

А в своем 1-ом Послании, в начале 4-ой главы, он написал: "Духа Божия (и духа заблуждения) узнавайте так: всякий дух, который исповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти, есть от Бога; а всякий дух, который не исповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти, не есть от Бога, но это дух антихриста, о котором вы слышали, что он придет и теперь есть уже в мире".

Приверженцы докетизма, одного из направлений гностицизма, считали земное воплощение Христа невозможным, поскольку Бог не мог связать Себя с чем-то порочным, чем является человеческая плоть. Развивая эту идею, они учили, что на самом деле Иисус обладал только видимостью тела, тогда как на самом деле не имел его. На основании этого они, к примеру, объясняли способность Иисуса ходить по воде. А также они делали многие другие выводы, например, то, что ноги Иисуса не оставляли на земле следов….

Другой гностик — Керинт — проявлял бОльшую изощренность в своем учении. Он утверждал, что существовал земной Иисус и божественный Христос, и что, якобы, божественность снизошла на Иисуса в момент крещения, но оставила Его на кресте. Иными словами, когда Иисус только родился, Он был простым человеком. Он был таким же, как любой другой человек. Однако при крещении, на Него снизошел Христос. А когда Иисус висел на кресте, Христос оставил Его.

Более того, в Евангелии Петра, которое, несомненно, является поддельной книгой, слова Иисуса на кресте приводятся нам в таком виде: "Сила моя, сила моя, почему ты оставила меня…?"

Иоанн совершенно недвусмысленно отвергает это учение, когда говорит в своем Евангелии: "И слово стало плотью". И здесь, в своем первом послании, он ясно утверждает, что после того, как Иисус возвратился из мертвых, Он оставался обычным человеческим существом. Иоанн говорит, что апостолы осязали Его собственными руками. То есть, Иоанн говорит вовсе не о какой-то теории. Он говорит о том, Кого он видел, слышал и трогал собственными руками.

Ранние отцы церкви боролись с этими ересями и утверждали, что "Христос стал таким же как мы, чтобы сделать нас такими, каким является Он". По моему твердому убеждению Иоанн написал свое первое послание для того, чтобы дать ответ на эти явные ошибки учения гностицизма. Собственно, в 1-ом Послании Иоанна апостол сам называет несколько целей его создания:

Первая цель, которую преследовал Иоанн, сформулирована в 3-ем стихе этого Послания: "о том, что мы видели и слышали, возвещаем вам, чтобы и вы имели общение с нами: а наше общение - с Отцем и Сыном Его, Иисусом Христом".

Еще одна цель встречается в следующем стихе: "… сие пишем вам, чтобы радость ваша была совершенна…".

А в начале 2-ой главы Послания мы встречаем следующую цель: "Дети мои! сие пишу вам, чтобы вы не согрешали…".

И, наконец, в 5-ой главе, в 13-ом стихе Иоанн пишет: "Сие написал я вам, верующим во имя Сына Божия, дабы вы знали, что вы, веруя в Сына Божия, имеете жизнь вечную…".

Первое послание Иоанна называют "Святым Святых" Нового Завета. Оно берет Божье чадо и приводит его в общение с домом Отца. Фактически, это семейное послание. Послания Павла и все остальные послания Нового Завета являются церковными посланиями. Однако данное произведение является семейным посланием и должно восприниматься именно так. Церковь представляет собой единое тело, и, как таковое, оно получает благословения "… всяким духовным благословением в небесах", как говорил апостол Павел в начале своего Послания к Ефесянам. Мы обретаем это положение, когда верим в Господа Иисуса Христа. Вера в Господа Иисуса приводит нас в семью Бога, и в этой семье мы вступаем во взаимоотношения, которые могут быть нарушены по нашей вине. Однако эти отношения восстанавливаются, когда мы "исповедуем грехи наши", ибо тогда "Он, будучи верен и праведен, простит нам грехи наши и очистит нас от всякой неправды",— как уверяет нас апостол Иоанн, в 9-ом стихе 1-ой главы этого Послания.

Первое послание Иоанна — это книга, которую я использовал каждый раз, начиная свое служения в новой церкви. Я должен оговориться, что в самой первой своей церкви я не сделал этого, потому что в то время я еще был студентом семинарии и просто не обладал достаточными знаниями, чтобы начать с правильного места. Но в остальных четырех церквях, в которых мне повезло трудиться в течение сорока лет моей пасторской работы, я всегда начинал новые программы и служения (например, занятия по изучению Библии в средине недели) именно с изучения 1-го Послания Иоанна. Я убежден, что это Послание более важно для верующих в церкви, чем даже церковные послания. Я обнаружил, что когда в наших церквях мы приступали к изучению этой замечательной книги, число людей, приходящих на собрания в средине недели, неизбежно возрастало. В двух моих последних церквях мы видели поразительное увеличение числа членов.

Чтобы не быть голословным, скажу, что в моей последней церкви в течение того времени, когда мы изучали это короткое Послание, посещаемость сразу же выросла вдвое, а затем снова и снова удваивалась. В результате, на служениях в середине недели у нас собиралось людей ничуть не меньше, чем на воскресных богослужениях. А иногда на этих собраниях собиралось даже больше прихожан, чем в воскресенье.

Поэтому, друзья мои, для нас с вами очень важно понять и полюбить эту небольшую книгу. Однако к ее изучению мы с вами приступим в А сегодня мы попрощаемся. Всего вам доброго, дорогие друзья.