icon__search

Три разных стука

Проповедь

Михаил В. Леонтьев • Предупреждение

Три разных стука - Михаил В. Леонтьев

Моя жизнь в мафии

Часть 3/3 • Альманах

Моя жизнь в мафии - часть 3. Исповедь №39 Евангелизационный альманах "Путь". Июль 2011 г. Мой дед был мафиози, но отец не захотел идти по его стопам. Поэтому жили мы очень бедно. Мне было 15 лет, когда я нашел на улице пистолет. Эта находка свела меня с людьми, которые знали и уважали деда. Так я по- пал в мафию. В 17 лет я убил человека по поручению боссов мафии. За это попал в одну из худших тюрем США. Отсидел 5 лет и вернулся в Нью-Йорк. Мне объяснили: «Тюрьма была твоим экзаменом, и ты его сдал отлично». В награду «крестный отец» предложил стать хозяином двух ночных клубов. Вскоре я был владельцем четырех, потом шести ресторанов. Жизнь продолжалась... Kaplistoa.com

Моя жизнь в мафии

Часть 2/3 • Альманах

Моя жизнь в мафии - часть 2. Исповедь №38 Евангелизационный альманах "Путь". Май 2011 г. Мой дед был мафиози, но отец не захотел идти по его стопам. Поэтому мы жили очень бедно. Мне было 15 лет, когда я нашел на улице пистолет. Именно эта находка свела меня с людьми, которые знали и говорили, что уважали моего деда. Так я попал в мафию. Когда мне было 17 лет, боссы мафии поручили мне убить человека. Тут же меня схватила полиция, я попал в одну из самых худших тюрем США. Отсидел 5 лет и вернулся в Нью-Йорк. На встрече с боссами мне объяснили: «Тюрьма была твоим экзаменом, и ты его сдал отлично». В награду «крестный отец» предложил мне быть хозяином двух ночных клубов. В одну минуту я стал владельцем большого бизнеса, и моё лицо озарилось улыбкой. Удивительно, как быстро гнев прошел, я забыл о тюремных злоключениях. Я был счастлив... Kaplistoa.com

Моя жизнь в мафии

Часть 1/3 • Альманах

Моя жизнь в мафии - часть 1 Исповедь №39 Евангелизационный альманах "Путь". Июль 2011 г. Я вырос в семье, где было мало любви. Родители приехали из Сицилии в Америку. Отец не имел образования и выполнял любую работу, которую мог найти. Часто работал на двух или трёх работах. После рабочего дня он напивался и ложился спать. Отец никогда не занимался со мной. Он никогда не брал меня на рыбалку или футбол. Не обнимал меня, и я ни разу не слышал, чтобы он назвал меня сыном. Отец обращал на меня внимание только когда я делал то, что ему не нравилось. Он заводил меня в комнату и бил большим кожаным ремнем. Если что-то не клеилось на работе, или возникали недоразумения между ним и мамой, − он заводил меня в комнату и всю злость «выбивал» на мне. Мне было 9 или 10 лет, когда я понял: как только начинаю плакать, отец перестает меня бить и уходит из комнаты. Ничего не говорил, просто уходил. Тогда я сказал себе: если отец меня не любит − он и не заслуживает моих слёз. Сначала тяжело было выполнить это обещание: он был большим и сильным мужчиной, и его широкий ремень бил очень больно. Но я держал слёзы... Kaplistoa.com